photo by Axinia

Жил один король. Однажды он предложил на­граду за лучшую картину покоя. Многие худож­ники попытались нарисовать такую картину. Ко­роль посмотрел все работы, но среди них были лишь две, которые по-настоящему ему понрави­лись. Из них предстояло выбрать достойнейшую.

На одной картине было изображено тихое озеро. Оно, как зеркало, отражало возвышаю­щиеся вокруг него горы, голубое небо с белыми облаками. Каждый, кто смотрел на эту картину, думал, что она и является совершенной карти­ной покоя.

Вторая картина изображала горы. Но они были неровные и голые. Сверху было изобра­жено разбушевавшееся небо, шел дождь, свер­кала молния. По горной стене падал пенящийся водопад. Все это вовсе не выглядело мирно. Однако, взглянув на водопад, король увидел за ним крошечный кустик, растущий из расщели­ны в скале. На нем птица свила гнездо. Там в окружении стремительно падающей бушующей воды, она ожидала птенцов.

Именно эту картину и выбрал король. Он ска­зал: «Покой не означает место, где тихо и мир­но, где нет шума и беспокойства, где нет напря­женной работы и т.д. Покой — это то, когда все это есть, однако вы сохраняете мир и покой в своем сердце».

Восточная легенда

Антуан де Сент-Экзюпери

ЦИТАДЕЛЬ (отрывки)

Мы не вправе тратить себя на то, чем можно пренебречь. Мы долж­ны смотреть в глубь человеческо­го сердца.

Суть книги не в тщете зримого – в Господней мудрости. И не воск, который оставит следы, главное в свече – сияние света.

Я кую человека. Я хочу, чтобы они любили говорли­вые родники. Ровную зелень ячменя, укрывшую рас­трескавшееся от зноя поле. Хочу, чтобы славили сме­няющиеся времена года. И созревали сами, подобно плодам, благодаря тишине и неторопливости. Пусть они долго носят траур и помнят своих усопших: мед­ленно перетекает наследие одного поколения к друго­му, и я не хочу, чтобы мед расточался в пути. Я хочу, чтобы каждый ощутил себя ветвью большого дерева – щедрой оливы. Ветвью, которая ждет. Тогда каждому станет понятно, что колеблет его мощное дыхание Господа, словно ветер, испытующий дерево на проч­ность. Господь ведет их вперед и поворачивает вспять: из тьмы к рассвету и от рассвета опять в по­темки, к лету от зимы и от зимы к лету, от нивы к зер­ну в житнице, от юности к старости, а от старости вновь к младенцам.

Исследуя последовательность, изучая отличия, что узнаешь ты о человеке? О дереве? Семечко, росток, гибкий ствол, твердая древесина – это ли дерево? Чтобы понять, не члени. Сила, мало-помалу сливаю­щаяся с небом, вот что такое дерево. Таков и ты, ди­тя Мое, человек. Бог рождает тебя, растит, полнит то желаниями, то сожалениями, то радостью, то горе­чью, то гневом, то готовностью простить, а потом воз­вращает в Свое лоно. Но ты не вот этот школьник, и не этот супруг, не вот это дитя, и не этот старец. Осу­ществление – вот что такое ты. И если в колебаниях и переменах ты ощутишь себя ветвью, неотторжимой от оливы, то и у перемен окажется вкус Вечности. Все вокруг тебя обретает незыблемость. Вечен говорливый родник, утоляющий жажду праотцев, вечно сияние глаз улыбнувшейся тебе возлюбленной, вечна и ночная свежесть. Время покажется тебе не продав­цом песка, пускающим все прахом, – жнецом, увязы­вающим тугой сноп.

Любовь, пусть даже не ведающая, что Она – Любовь, всегда тянется к свету, но не в силах человеческих присвоить себе свет.

Я спасу того, кто полюбит существующее, потому что такую Любовь возможно насытить. Смысл жизни похож на новый колодец, он углубляет­ся каждый день. Взгляд, перебегающий с одного на другое, теряет из виду Господа. Крепость Моя, Я построю тебя в человеческом серд­це.

Без сердца нет Дома.

<………>

Я – жизнь, Я упорядочиваю. Я творю ледники вопреки ин­тересам луж. И пусть лягуш­ки квакают о несправедли­вости. Я готовлю человека к тому, чтобы он жил.

Истинность Моих законов – в человеке, который порожден Ими. Складывая камни, творишь тишину, но ничего о ней не узнаешь, разглядывая кам­ни. Живит Любовь, а бинты и мази только подспорье.

Ничего не узнает о жизни тот, кто рассечет труп и ощу­пает печень, сердце, кости. Справедливо видеть в каж­дом путь и повозку.

Человек – это тот, кто творит. Сотворчество превра­щает людей в братьев.

Прекрасный танец рождается из желания танцевать.

Плодотворно лишь сотрудничество всех благодаря каждому. Любой неудачный шаг помогает удачному, а удача ведет к цели и того, кто промахнулся, они идут к ней рука об руку.

В тишине каждый найдет свою Истину и укоренится в Ней. Но для этого необходимо время.

Смысл, которым окрашено происходящее, – вот что значимо для человека.

Утратив главное, человек даже не подозревает об утрате.

Люди не знают, что Царство вскармливает их. Что Оно питает душу.

Нужно неусыпно следить, чтобы в человеке бодрс­твовало Великое, нужно его понуждать служить толь­ко Значимому в себе.

В человеке Я люблю свет. Толщина свечи Меня не волнует. Пламя скажет Мне, хороша ли свеча. Необходимо, чтобы каждый жил и у каждого была возможность подниматься все выше. Однако жизнь – только ступени, ведущие к человеку. Храмом бу­дет душа. Душа и есть самое главное. Легко объединяет людей не Дух, а чувство, но Дух выше чувств. Значит, Дух должен сделаться чувс­твом.

Тишина – единственный простор, где Дух рас­правляет крылья.

Тот, кто заботится о возможнос­тях роста для человека, готовит себе помощь, кото­рая завтра сослужит ему службу. Успешнее и дальше идет тот, кто мучительно пре­одолевает себя и препятствия. Любовь к познанию – вот главное мерило.

Главное – возрастание в человеке человеческого. Если человек не тратит себя, он закостеневает.

Силу рождает только верность.

У Бога нет отпусков. Он не помилует тебя от станов­ления. Ты захотел быть? Бытие – это Бог. Он вер­нет тебя в Свою житницу только после того, как ты мало-помалу сбудешься, после того, как твои труды обозначат тебя, ибо человек рождается очень мед­ленно.

Человек – прежде всего то, что есть, а не то, что он о себе знает. Да, сознание стремится узнать и выра­зить то, что существует, но путь его труден, медле­нен, извилист. Не стоит забывать, существует и то, чего мы не можем выразить, оно тоже есть. А выра­жаем мы только то, что сумели постигнуть. В человеке заложена способность любить.

Любовь – труд сердца.

Любовь – итог преодоленной тобой высоты. Ты пре­возмог гору и живешь теперь в Небесах.

Любовь – то же восхождение. Не думай, что доста­точно знать о Любви, чтобы Ее узнать.

Если не изменяться день ото дня, словно в мате­ринстве, не догнать Любви.

Вне Пути и Восхождения ничего не существует.

<………>

Напряжение и пот – вот чем мериться польза от работы.

Людей нужно научить пости­гать.

Ты блаженен возможностью да­рить.

Нужно чувствовать себя собой, только тоща ты будешь дове­рять собственному разумению  Творчество – всегда созидание целостности.

Если Господь тебе откроется, ты истаешь в Нем и сбудешься. Положивший жизнь на возведение храма – переливает себя в него.

Любовь начинается там, где ничего не ждут взамен. Чтобы научить человека любить людей, нужно на­учить его молиться, потому что молитва безответна.

Помогать тебе меняться и закалять тебя будут враги.

Враг помогает тебе сформироваться и вместе с тем ограничивает тебя. Но не будь у тебя врагов, ты не родишься.

Мне по душе человек, который не пожалеет времени на долгое омовение тишиной храма, на созерцание Млечного Пути, человек, который делает себя про­сторнее и упражняет сердце в Любви безответной молитвой.

Молитва – это самозабвенное дарение себя, чтобы наконец сбыться.

Созидать – вот главное.

Созидать – значит создавать жизнеспособное, в творчестве нет формул.

Поэт и творец ничего не выдумывают, ничего не по­казывают, они вынуждают быть.

Суть творчества в преодолении противоречий.

Красота не цель, она – вознаграждение.

Только благодаря полноте ты полноценен.

Преданность - это в первую очередь верность себе.

Жизнь – это осваивание настоящего, оно сплетено из множества продлевающихся нитей, устоявшимся связей.

Тирания выковывает гордость души, противостоящую тирании.

Если ты готов увидеть, если вызрело в тебе еще не знаемое решение, молния озарит тебя, ты воспла­менишься и постигнешь.

Полюбить – значит разглядеть сквозь дробность мира картину. Любовь – это обретение Божества.

Отдавая, получаешь больше, чем отдал.

Любви не растратишь. Чем больше даешь, тем больше остается. Когда черпаешь из живого родника, то с каждым днем он щедрее.

Жизнь – это непрекращающееся рождение, и себя принимаешь таким, каким становишься.

Наступает час, когда прожитое обретает свой ис­тинный смысл и ты понимаешь – оно помогло тебе сбыться.

Постичь Истину – значит чувс­твовать Ее безмолвно.

Постичь Истину – значит обрести право умолкнуть навсегда.

Истинно дерево, ибо оно – обретенное согласие корней, ствола и веток. Истинен лес как согласие деревьев

Истинен Бог как идеальное согласие всего, что су­ществует в мире. Бог так же истинен, как дерево,

<………>

Обогатишься ты, только преодолев мощное силовое поле.

Человек сбывается лишь благодаря напряжению силового поля.

Только Дух ведет и управляет чело­веком, управляет им безраздельно.

Любовь не надумаешь. Она есть. Но слышна Любовь, только когда тихо.

Обретенная тишина – признак человеческой полноты и совершенства. 

Учит не говорящий – направляющий.

Есть слова, подобные семенам, они способны втяги­вать землю и растить кедр.

Никогда не нужно бороться «против», бороться нужно «за».

Основа верности – верность самому себе.

Облагораживает душу не использование готового, а творческое горение.

Главное в нас – инстинктивное желание жить вечно.

Тот, кто живет Любовью к Богу, ищет Вечности, подни­маясь к Нему.

Нет взлета без преодоления сил тяготения.

Заронить желание совершенствоваться – значит раз­будить жажду. Остальное придет само собой.

Господь для тебя – торжество, венчающее долгое ше­ствие твоих бед и несчастий.

Мы в пути. У тебя нет доступа к источнику радости, за­прятанному в тебе, но ты должен проторить к нему до­рогу.

Не ищи света как вещи среди вещей, ищи камни, строй храм, и он озарит тебя светом.

Облагораживает тебя только то, что преображает, ибо ты – семя. Нет потерянных возможностей, ибо де­ло твое быть семенем.

Долго нужно следовать, молча за Хозяином владений, если хочешь сродниться с Ним.

Полная версия: Цитадель.

Заповедь
Владей собой среди толпы смятенной,
Тебя клянущей за смятенье всех,
Верь сам в себя, наперекор вселенной,
И маловерным отпусти их грех;
Пусть час не пробил, жди, не уставая,
Пусть лгут лжецы, не снисходи до них;
Умей прощать и не кажись прощая,
Великодушней и мудрей других.
Умей мечтать, не став рабом мечтанья,
И мыслить, мысли не обожествив;
Равно встречай успех и поруганье,
Не забывая, что их голос лжив;
Останься тих, когда твое же слово
Калечит плут, чтоб уловлять глупцов,
Когда вся жизнь разрушена, и снова
Ты должен все воссоздавать с основ.
Умей поставить, в радостной надежде,
На карту все, что накопил с трудом,
Все проиграть и нищим стать, как прежде,
И никогда не пожалеть о том,
Умей принудить сердце, нервы, тело
Тебе служить, когда в твоей груди
Уже давно все пусто, все сгорело,
И только Воля говорит «Иди!»
Останься прост, беседуя с царями,
Останься честен, говоря с толпой;
Будь прям и тверд с врагами и друзьями,
Пусть все, в свой час, считаются с тобой;
Наполни смыслом каждое мгновенье,
Часов и дней неумолимый бег, —
Тогда весь мир ты примешь во владенье,
Тогда, мой сын, ты будешь Человек!

Автор: Р. Киплинг

Photo from http://www.sahajayoga.at/blog/index.html

- Я уже умер? – спросил человек

- Угу,- кивнул демиург Шамбамбукли, не отрываясь от изучения толстой внушительной книги. Человек неуверенно переступил с ноги на ногу.

- И что теперь?

 Демиург бросил на него быстрый взгляд и снова уткнулся в книгу.

 - Теперь тебе туда, – он не глядя указал пальцем на неприметную дверь.

- Или туда, – его палец развернулся в сторону другой, точно такой же, двери.

- А что там? – поинтересовался человек.

- Ад, – ответил Шамбамбукли. – Или рай. По обстоятельствам.

Человек постоял в нерешительности, переводя взгляд с одной двери на другую.

– А-а… а мне в какую?

- А ты сам не знаешь? – демиург слегка приподнял бровь.

- Ну-у, – замялся человек. – Мало ли. Куда там мне положено, по моим деяниям…

 - Хм! – Шамбамбукли заложил книгу пальцем и наконец-то посмотрел прямо на человека.

- По деяниям, значит?

- Ну да, а как же еще?

- Ну хорошо, хорошо, – Шамбамбукли раскрыл книгу поближе к началу и стал читать вслух.

- Тут написано, что в возрасте двенадцати лет ты перевел старушку через дорогу. Было такое?

- Было, – кивнул человек.

- Это добрый поступок или дурной?

- Добрый, конечно!

- Сейчас посмотрим… – Шамбамбукли перевернул страницу, – через пять минут эту старушку на другой улице переехал трамвай. Если бы ты не помог ей, они бы разминулись, и старушка жила бы еще лет десять. Ну, как?

Человек ошарашено заморгал.

- Или вот, – Шамбамбукли раскрыл книгу в другом месте. – В возрасте двадцати трех лет ты с группой товарищей участвовал в зверском избиении другой группы товарищей.

 - Они первые полезли! – вскинул голову человек.

- У меня здесь написано иначе, – возразил демиург. – И, кстати, состояние алкогольного опьянения не является смягчающим фактором. В общем, ты ни за что ни про что сломал семнадцатилетнему подростку два пальца и нос. Это хорошо или плохо?

Человек промолчал.

 - После этого парень уже не мог играть на скрипке, а ведь подавал большие надежды. Ты ему загубил карьеру.

- Я нечаянно, – пробубнил человек.

- Само собой, – кивнул Шамбамбукли. – К слову сказать, мальчик с детства ненавидел эту скрипку. После вашей встречи он решил заняться боксом, чтобы уметь постоять за себя, и со временем стал чемпионом мира. Продолжим? Шамбамбукли перевернул еще несколько страниц.

 - Изнасилование – хорошо или плохо?

 - Но я…

- Этот ребенок стал замечательным врачом и спас сотни жизней. Хорошо или плохо?

- Ну, наверное…

 - Среди этих жизней была и принадлежащая маньяку-убийце. Плохо или хорошо?

- Но ведь…

- А маньяк-убийца вскоре зарежет беременную женщину, которая могла бы стать матерью великого ученого! Хорошо? Плохо?

- Но…

- Этот великий ученый, если бы ему дали родиться, должен был изобрести бомбу, способную выжечь половину континента. Плохо? Или хорошо?

 - Но я же не мог всего этого знать! – выкрикнул человек.

- Само собой, – согласился демиург.

 - Или вот, например, на странице 246, ты наступил на бабочку!

- А из этого-то что вышло?! Демиург молча развернул книгу к человеку и показал пальцем.

Человек прочел, и волосы зашевелились у него на голове.

- Какой кошмар, – прошептал он.

 - Но если бы ты ее не раздавил, случилось бы вот это, – Шамбамбукли показал пальцем на другой абзац.

Человек глянул и судорожно сглотнул.

- Выходит… я спас мир?

- Да, четыре раза,- подтвердил Шамбамбукли.

 - Раздавив бабочку, толкнув старичка, предав товарища и украв у бабушки кошелек. Каждый раз мир находился на грани катастрофы, но твоими стараниями выкарабкался.

- А-а… – человек на секунду замялся.

- А вот на грань этой самой катастрофы… его тоже я?

- Ты, ты, не сомневайся. Дважды. Когда накормил бездомного котенка и когда спас утопающего. У человека подкосились колени и он сел на пол.

- Ничего не понимаю, – всхлипнул он.

 - Все, что я совершил в своей жизни… чем я гордился и чего стыдился… все наоборот, наизнанку, все не то, чем кажется!

 - Вот поэтому было бы совершенно неправильно судить тебя по делам твоим, – наставительно произнес Шамбамбукли.

- Разве что по намерениям… но тут уж ты сам себе судья. Он захлопнул книжку и поставил ее в шкаф, среди других таких же книг.

- В общем, когда решишь, куда тебе, отправляйся в выбранную дверь. А у меня еще дел по горло. Человек поднял заплаканное лицо.

Петр Бормор

Индийский правитель Акбар часто приезжал к мастеру Фариду побеседовать. Люди из деревни, в которой жил Фарид, знали это. Однажды они пришли к мастеру и сказали:
— Сам император бывает у тебя. Почему бы тебе ни попросить его построить в деревне школу или больницу?
Люди в деревне жили бедно и невежественно. Фарид подумал и сказал:
— Хорошо, раз вы так просите, я пойду. Только я не умею просить. Я никогда ничего не просил. Но раз вы так просите, я попробую.
Утром он пришёл ко дворцу. Все знали, что Акбар был его последователем, поэтому его немедленно впустили.
Акбар был в своём святилище — маленькой часовенке, которую он построил своими руками. Фарид вошёл и, увидев, что Акбар молится, решил подождать.
Акбар произнёс:
— Боже всемогущий, укрепи моё государство, преумножь мои богатства, рассей моих врагов.
Фарид, услышав это, повернулся, чтобы уйти. Акбар оглянулся и увидел Фарида, спускающимся по лестнице. Он спросил:
— Как ты сюда попал? И почему ты уходишь?
Фарид сказал:
— Я пришёл к царю, но нашел нищего. Если ты, решая свои проблемы, обращаешься к Богу за помощью, то я подумал, почему бы мне самому не обратиться к Богу? К чему мне посредник?
Эту историю оставил Акбар в своём дневнике и приписал: «В этот миг я понял: чем бы ты ни владел — это не имеет значения, потому что ум продолжает просить ещё и ещё».

Суфий сидел однажды утром на перекрестке дорог, когда к нему подошел молодой человек и спросил, не может ли он учиться у него.
- Да, но только один день, – сказал суфий.
Весь этот день возле суфия все снова и снова останавливались путники и задавали ему вопросы о человеке и его жизни, о суфизме и суфиях, просили о помощи или просто выражали уважение.
Однако суфий просто сидел в позе созерцания, опустив голову на колени, и ничего не отвечал. Один за другим люди отходили.
Уже ближе к вечеру к сидящим подошел бедняк с тяжелой ношей и спросил, как ему пройти в ближайший город. Суфий немедленно поднялся, взвалил его поклажу себе на плечи и сопровождал его часть пути, указывая дорогу. Затем он вновь вернулся на перекресток.
Молодой человек спросил:
- Этот человек, выглядящий нищим крестьянином, – он что, в действительности скрытый святой, один из тайных странников высокого ранга?
Суфий промолвил:
- Он был единственным из тех, кого мы сегодня видели, кто действительно искал именно то, что назвал объектом своего желания.

Библиотека духовной литературы

Устав от шумного города, где все отвлекало от медитации, человек решил найти тихое спокойное место. Он пришел в лес, где не было ни души, но не смог сосредоточиться, потому что ему мешало стрекотание кузнечиков. Он углубился дальше в чащу, но там очень громко пели птицы, отвлекая его от созерцания внутреннего «я».
В поисках тишины, человек залез в пещеру, там было очень тихо, но звуки капающей воды его раздражали. Тогда он построил себе хижину, запер все окна и двери, но в полной тишине все громче и громче слышалось «тик-так, тик-так…». Тогда он сорвал часы с руки и разбил их об стену. Сел, успокоился, глубоко вздохнул, довольный, что вот сейчас-то, наконец, будет тихо, но…
 - Тук, тук, тук.., -  все громче в груди его стучало сердце.
 
pritchi.omkara.ru

Однажды царь решил подвергнуть испытанию придворных, чтобы узнать, кто из них способен занять в его царстве важный государственный пост.
- Мудрецы, – обратился к ним царь, – у меня есть для вас трудная задача, и я хотел бы знать, кто сможет решить ее. Он подвел присутствующих к такой огромной двери, какой еще никто никогда не видывал.
- Это самая большая и самая тяжелая дверь, которая когда-либо была в моем царстве. Кто из вас сможет открыть ее? – спросил царь.
Одни придворные только отрицательно качали головой. Другие, которые считались мудрыми, посмотрели на дверь поближе, но признались, что не смогут ее открыть. Раз уж мудрые признались в этом, то и остальные согласились, что эта задача слишком трудна.
Лишь один визирь подошел к двери. Он внимательно её рассмотрел и ощупал, затем так и эдак попробовал её сдвинуть и наконец резко толкнул её. Дверь открылась! Она была просто прикрыта, но не заперта. Нужна была лишь воля, чтобы это проверить, и отвага, чтобы действовать решительно.
Тогда царь объявил: «Ты получишь этот пост при дворе, потому что полагаешься не только на то, что видишь и слышишь, но надеешься на собственные силы и не боишься сделать попытку».

Один фермер получил в подарок для своего сына белую лошадь. Сосед пришел к нему и сказал: «Вам очень повезло. Мне вот никто не подарил такую чудесную белую лошадь!» Фермер ответил: «Не знаю, хорошо это или плохо…»
Сын фермера сел на лошадь, та понесла и сбросила всадника. Сын фермера сломал себе ногу. «Ох, какой ужас! – сказал сосед. – Вы были правы, говоря о том, что история эта может плохо обернуться. Наверняка тот, кто сделал вам этот подарок, хотел принести вам вред. Теперь ваш сын останется калекой на всю жизнь!» Но фермер не казался чрезмерно удрученным. «Я не знаю, хорошо это или плохо», – ответил он.
Началась война, и всю молодежь забрали на фронт, кроме сына фермера с его искалеченной ногой. Сосед снова пришел к фермеру и сказал: «Только ваш сын не ушел воевать, как же ему повезло». А фермер повторил: «Я не знаю, хорошо это или плохо».

Bernard Werber. Отрывок из книги «L’Encyclopedie du savoir relatif et absolu»

Еврейская притча

- Учиться можно, глядя на любую вещь, – говорил садигорский рабби своим хасидам.
- Все в этом мире существует, чтобы наставлять нас. Не только то, что создал Господь Благословенный, но и то, что сделали люди, умудряет человека.  

- Чему же учит нас, – спросил один хасид с сомнением, – железная дорога?
- Что, опоздав на миг, можно упустить все.
- А телеграф?
- Что каждое слово учитывается.
- А телефон?
- Что Там слышат всё, что мы говорим здесь.